Часть третья · Глава 1

Завершение или... продолжение?

Помпеи. 79 год, 24 августа

8.00

Боже, как солнце слепит глаза. Это лето страшно жаркое и засушливое. За все время не пролилось ни дождинки. И даже в эти ранние часы уже так припекало, что появилось желание убежать к морю и пробыть там до вечера.

Я потянулась и осмотрелась. Приятная комнатка. Небольшая, но уютная, расписанная фресками. Где только можно. Включая потолок, усеянный вперемешку диковинными птицами и экзотическими цветами (отличная идея для моей спальни в Париже).

Вновь обежала взглядом стены и тут же ахнула - Бог мой! – всмотревшись в толпившиеся детали художественной росписи. "Камасутра" – это всего лишь введение в сексологию по сравнению с широтой и глубиной развернутого здесь курса по разновидностям и вариациям совокуплений, поражающих изощренностью и безграничностью человеческой смекалки.

Прямо скажем – я не пуританка. Но даже и предположить не могла, сколько мне еще не ведомо.

Где это я? Да еще и в чем мать родила под стать картинкам.

Тишину утра разбил не терпящий возражений голос, требующий к ответу какую-то Лавинию. Ожидаемого диалога не последовало, что добавило голосу недовольную звенящую нотку:

— Сколько я еще буду тут стоять? Лавиния!

На грубо сколоченном деревянном топчане у кровати нашлась небрежно брошенная сорочка с завязочками по бокам. Вероятно, моя. Других претенденток на столь легкомысленную одежонку рядом не просматривалось. Скрыв наготу, на цыпочках подкралась к узкому оконцу – надо же разобраться в "что, где, кто"?

Женщина лет тридцати в кокетливо задрапированном платье цвета охры, эффектно облепившему округлые формы ее тела, громогласно атаковала пустынную улицу.

" Ортензия" , - немедленно всплыло в голове.

— О, появилась. Не долго ж я ждала.

Так это ко мне.

Я высунулась. Рыжие, взбитые высоко кверху волосы, завидно классической формы нос, чуть на выкате глаза, затененные густо накрашенными длиннющими ресницами, полные, вызывающе напомаженные губы – весьма колоритная девица, эта Ортензия.

Притворно зевнув, я лениво спросила:

— Ну, и чего ты в такую рань? Чего не спится? Или работы не было?

Память Лавинии тут же восстановила события ее, то есть, моей прошедшей ночи, от чего у меня, Валери, слегка поплыло все перед глазами. Я поняла, зачем Господь возжелал приблизить меня к себе в качестве настоятельницы монастыря в одной из будущих моих жизней.

— Да, я смотрю, ты вся при делах, что ничего до сих пор не знаешь. В городе нет воды. С ночи. У Аполлона собрали народ и объявили, что к обеду, может, фонтаны забьют. Ты видела такое? На моей памяти этого еще не было. В Неаполе и Мизенах ее уже дня два как нет. Это мне сказал Бриттий. Спрашивается, акварий нам тогда зачем? Короче, готовь кувшины.

И уже на ходу бросила:

— Я скоро зайду за тобой.

Не выспавшись, я туго соображала:

— А термы?

— Что "термы" ? Чем ты слушаешь? Я же тебе говорю, воды нет. Нигде. Нам еще повезло, Помпеи без воды только ночь, а в других местах ее уже давно нет.

Что? Помпеи? Какие Помпеи? Память, не позаботившись о поступенном осознании опрометчивого попадания на этот раз в эпицентр надвигающейся катастрофы, быстренько вытащила информацию об извержении Везувия, начавшегося вот с таких, казалось бы, мелких неполадок в городе.

Внезапная остановка в регулярном поступлении в город воды, на самом деле, было событием исключительным. Помпеи, как и все прибрежные города – Геркуланум, Нола, Ацерра и другие – жили за счет бесперебойной работы аквы Августа, несущей воду в населенные пункты в неограниченном количестве, поэтому даже кратковременный перерыв в ее работе был равносилен нешуточному бедствию. При наличии испепеляющего солнца города просто вымрут.

Так меня угораздило попасть сюда точнехонько перед извержением.

Я окончательно растерялась. Но ведь это произойдет буквально через пять часов. Как раз к обеду. О чем думал этот чертов шар? Мне же не выбраться! Если он выдернет меня отсюда через пятнадцать часов, как обычно, то Мадлен обнаружит на кушетке мой хладный труп. Как раз в мой день рождения. Все совпадает. Вот тебе и огненная гора! Ни что иное, как вулкан Везувий! Боже, какая же я была идиотка, доверившись этой цыганке.

— Эй, подруга, не расстраивайся, - Ортензия, поняв мое состояние, но, естественно, не подозревая, чем оно вызвано, принялась меня успокаивать, - починят акву, да я думаю, что даже уже и сегодня. Главное, чтобы у нас перебоев в работе не было, - она хитро мне подмигнула.

— Да ты не понимаешь... , - я запнулась. Как сказать ей о надвигающемся несчастье? - Ортензия, послушай. Зайди в дом. Нам надо поговорить.

— Некогда, мне еще прибраться надо до вечера. Да и выспаться бы тоже не мешало. Я еще не ложилась. После сегодняшней ночи еле живая.

Она усмехнулась и, попрощавшись, устремилась по своим делам.

Я должна была что-то срочно предпринять. Опасность, за две тысячи лет до моего рождения, но для меня вполне реальная и близкая, надвигалась со страшной силой. Я должна была спастись во что бы то ни стало. Знание того, что я еще появлюсь на свет, и не один раз, не успокаивало. Я боролась за жизнь Валери, все остальные меня сейчас не интересовали.

Именно Валери находилась в шаге от небытия.