Часть третья · Глава 8

— И что? – пирожное осталось лежать не тронутым на тарелочке.

— Не знаю, месье, мне от вас скрывать нечего. Да и зачем? Но, судя по тому, как мать Мария, словно ошпаренная, выскочила из своего кабинета и..., что бы вы думали она сделала ? Ни больше , ни меньше , как бухнулась передо мной на колени... да, да, да , месье, именно так... , и начала целовать мне, то есть не мне, а Джемме, руки. Согласитесь , не совсем обычное поведение настоятельницы монастыря по отношению к ничем не примечательной девице. То есть , можно предположить, что там она обнаружила нечто необычное и ценное.

— Хм, интересно. Тебе она , конечно, не исповедалась о содержимом свертка ?

— Нет. Только повторяла: "Тебя привел Господь наш". Если вспомнить состояние Джеммы – ее одержимость нестись во что бы то ни стало, несмотря на препятствия в виде погодных условий и промозглой ночи, в направлении к монастырю – то вполне возможно, что никто иной, как... ,

— Вероник подняла глаза к ослепительно голубому небу, - ... Он спускал ей инструкции. Кто знает ? Ведь если бы я, то есть, она не успела бы перехватить эту..., не понятно что..., возможно, мы бы не досчитались одного из чудес света , судя по возникшему вокруг..., опять, не понятно чего..., ажиотажу.

— Н-да, как бы нам узнать, что там было ? – Версай хитро улыбнулся, уже, возможно, зная ответ на свой же вопрос.