Часть третья · Глава 1

Джемма

— Как ты себя чувствуешь ?

Голос Версая звучал ниоткуда и одновременно отовсюду. Когда-то это уже было. Но сейчас она сразу доверилась ему.

— Да. Все в порядке.

Вероник, казалось, раздвоилась, одновременно пребывая в роли ведомой и ведущей. Она шла за ним , и вместе с тем вела его за собой. Вела все дальше назад – еще полвека, еще сто лет, и еще…

— Где ты ? – она слышала его уже так, будто Версай затерялся где-то в горах.

— Темно. Какие-то строения.

Бр-р, холодно. Очень холодно. Вероник наглухо запахнула плащ-накидку. Рук не чувствовала. Она подышала на них, пытаясь согреть, но негнущиеся пальцы поймали все тот же стылый воздух , перехвативший тепло ее дыхания.

Сознание тоже странным образом раздвоилось. Она была здесь, при этом понимая, что настоящая Вероник сейчас полусидит-полулежит в широком кожаном кресле в одной из затемненных комнат особняка Версая. А он сам расположился напротив нее с блокнотом в руках.

Но тогда почему так холодно? И этот плащ. Она пощупала ткань - жестковатый ворс шерстяной ткани царапнул кожу.

Вероник осмотрелась. Ни огонька. Надо было все-таки дождаться утра и не спешить выскакивать в промозглую от холода ночь. Где вот она сейчас?

— Не знаю. Я убежала.

— Откуда ? – Версай изучал ее побледневшее лицо с покрывшими вдруг нежную кожу "мурашками". Ей, действительно, там холодно.

— Джемма! Остановись! Подумай, что ты делаешь!

Плаксиво-умоляющий голос Альмы до сих пор звенел в ушах. Вероник поежилась. То ли от холода, то ли от брошенных ей (или Джемме ?) вслед слов:

— Это безумие ! Ты сошла с ума!

Впрочем, ее отношения с теткой все равно когда-нибудь свелись бы на нет. Да иначе и быть не могло. Та не верила ни единому ее слову.

Джемма замедлила шаг, пытаясь сориентироваться.

Что ж так холодно-то? Сегодня вечером ее то трясло от озноба, то бросало в жар. Похоже на грипп с перепадами температуры и жуткой слабостью. Хотя…, грипп несколько затянулся. Весь последний месяц "болезнь" не оставляла ее. Скорее, наоборот, напоминала о себе все напористее.

— Вероник, ты слышишь меня ? – Версай повторил вопрос ,

— где ты?

— В Ассизи. И мне ужасно холодно, - Вероник заговорила на итальянском.

— Куда ты идешь ?

Ровный голос Натана успокаивал. Будто Вероник держалась за сброшенную ей откуда-то сверху веревку, страхующую от падения в пропасть.

— В монастырь. К сестрам – клариссам.

— Как тебя зовут ?

— Джемма. У меня, кажется, жар.

— Сколько тебе лет , Джемма ? – Версай быстро записывал ее ответы.

— Двадцать один.

— Какой сейчас год ?

— Семнадцатое января. Тысяча восемьсот одиннадцатый. Еще немного, и я упаду от слабости. Мне плохо.

Если бы ее спросили, зачем она туда идет, она не смогла бы это внятно объяснить. Просто все больше крепла уверенность, что если сегодня ночью она не окажется у ворот обители, произойдет нечто непоправимое.