Глава 11

Она встретила его вопросом:

— Как ты узнал, что я здесь?

— О тебе мне сообщила твоя сестра, Сюзанн. Ты помнишь ее ?

Версай всматривался в перекатывающееся волнами серотуманное облако. Он достаточно изучил его за эти три недели общения с Вероник. Более надежной защиты от трагедий и волнений суетного мира вряд ли можно было бы придумать. Память, мысли, ощущения надежно изолировались такой, казалось бы, эфемерной преградой, как некая призрачная туманность, созданная страданием и страхом. Он не переставал удивляться совершенству человеческой Вселенной. И сегодня он надеялся приблизиться к ее ядру.

— Да... , но она далеко.

— Нет. Она совсем близко. И ждет тебя.

Облако чуть посветлело и слегка рассеялось. Ее мысли Версай слышал в виде отголосков эха, то откатывающихся от него куда-то вглубь, то вдруг гулко отдающихся так близко, что, казалось, Вероник, настоящая Вероник, а не та , что оставлена в больничной палате - неподвижнобеспомощная, мертвенно-бледная - вот-вот покажется сквозь белесую завесу, сотканную ею в знак протеста против случившейся с ней два с половиной года назад катастрофы.

Сюзанн переводила взгляд с одного аппарата на другой, не видя каких-либо изменений в их показаниях. Все было как всегда. И тут, неожиданно, она подумала: "А, может , Шарнье прав ? Реально только то, что мы можем увидеть ? А все остальное, включая Бога, это всего лишь плод нашего воображения ? Ведь нет никаких доказательств контакта Версая с Вероник. Только лишь его слова. А тот случай с ее "пробуждением" не что иное как ее самостоятельные попытки выйти из комы", - она посмотрела на гипнотерапевта.

Тот расслабленно сидел на стуле, опустив голову. Крупный нос блестел от росистых капелек пота. Казалось , он просто уснул , если бы не его рука, поглаживающая запястье Вероник.

— Где... близко?

Версай взвешивал каждое свое слово.

— Если ты захочешь, ты ее увидишь... . Пойдем со мной ?

— Куда?

— В мой и ее мир. В твой мир. В наш мир.

— Там... страшно.

Версай насторожился. Неужели она готова поговорить с ним о том, что держит ее здесь ?

— Что тебя пугает ?

— ... не знаю, - Вероник помолчала, - ... свет...

— Расскажи о нем.

— Он идет ко мне..., все ближе..., ближе...

— Ты можешь сказать, какого он цвета ? Желтого ? Белого ? Красн...

Он не успел договорить. Что-то внезапно настигло и накатило на него, стремительно всасывая в себя. Версай задохнулся, придушенный чем-то плотно мягким , втягивающим его в бездну.

Сюзанн, задумавшись, не обратила внимания на судорожно сжавшуюся руку Версая, обхватившую тонкое с прозрачными венами запястье Вероник, и только его сдавленный всхлип заставил ее вздрогнуть.

И здесь она по-настоящему испугалась.

Его голова откинулась назад, приоткрытый рот с посиневшими губами жадно искал воздух.

Нечто, обхватив его удушающей смертельной хваткой, заглатывало все глубже, отказывая в попытке сопротивляться и гася его беспорядочно появляющиеся мысли.

Она вспомнила цвет. Уничтожающе-огненный.

От неуправляемого животного ужаса, вспыхнувшего от все того же режущего слепящего света фар, на этот раз заставшего ее врасплох и поймавшего, наконец, она задохнулась и, дернувшись куда-то вниз, оказалась вдруг напротив чьих-то глаз с отголосками пылающего света и с застывшим в них страхом.

Она отшатнулась , не в силах отпустить взгляд этих глаз, бесконечно расширяющихся от бушующей в них паники.

Скрыться, убежать, исчезнуть, только бы не видеть этих, рассказывающих о ней, глаз.

В одно мгновение она вспомнила все , что с ней произошло тогда, на мосту.