По женской линии: проклятия, дары и наследства

Три из шести романов построены вокруг одной тёмной мысли: есть что-то, что передаётся по женской линии, из поколения в поколение, как цвет глаз или форма носа. В «Вулкане» это дата смерти. В «Опыте» — смерть, которая никогда не бывает своей. В «Наследстве» — дар и проклятие, живущие в гневе. И каждая книга по-своему задаёт один и тот же вопрос: если ты это унаследовала, обязана ли ты передать это дальше?

«Вулкан»: тридцать пятый день рождения

«Я – Валери Патрисия Анна.»

Так начинается самый короткий из романов — с полного имени, как оно звучит в официальных документах. Валери — коренная парижанка, гид-переводчица, она знает девять языков (в том числе русский — выучила на спор с подругой) и живёт в собственном скромном особняке с маленьким садом. Отец исчез, когда ей было четыре. Мать погибла в автокатастрофе в день своего тридцатипятилетия, когда Валери едва исполнилось пятнадцать.

Она помнит, как мама каждое утро говорила: «Ну, что за сюрприз нас ждет сегодня?»

«Она была молода, красива и жизнерадостна… И только сейчас я поняла, что она просто спешила жить.»

А потом тётушка находит за картиной письмо. Все женщины рода умирают в день тридцатипятилетия. «Успей родить ребенка». До дня рождения Валери — месяц. На кладбище Монпарнас она читает надписи на семейном участке — бабушка, прабабушка, прапрабабушка, — и у каждой одна и та же страшная арифметика.

Больше чем страшной историей книгу делает сама Валери. «Фатализм — это не из моего набора верований», — говорит она. Старая цыганка в Брашове говорит ей, что родовое проклятие преследует её семью — «и на тебе оно завершится. А как – тебе решать». И Валери отправляется искать ту жизнь, где оно началось, — через стеклянный шар с глазом внутри: Германия 1943 года, русский салон 1817-го, монастырь 1613-го, викинги — и Помпеи, 24 августа 79 года, где пролог романа уже показал мать под падающими камнями, умоляющую пробегающую мимо женщину спасти её годовалую дочь.

Сквозь всю книгу проходит строка святого Бернарда, которую Валери читает в одной из своих жизней:

«Не будь у нас своей воли и не стало бы ада.»

«Опыт»: через каждые два поколения

В «Опыте» проклятие принадлежит старинному итальянскому роду ди Орси, на гербе которого — медведь, поднявшийся на задние лапы, с алой розой в передних. Семейное предание гласит: через каждые два поколения одна из девушек рода умирает не своей смертью. Бриджитта, художница, внезапно и таинственно умерла в 1546 году. Сантина надела перстень с головой дьявола. И вот в своём доме у Испанских ступеней убита Патриция.

Астролог составил для Патриции три натальные карты — её, Сантины и Бриджитты — и обнаружил, что они «абсолютно идентичны». После поездки в фамильный замок в Нероле он потерял рассудок. Ванессе, журналистке, которую подозревают в убийстве, предстоит распутать историю, что тянется от фамильного замка в Нероле в 1543 году до римской спальни наших дней.

Здесь проклятие вовсе не в крови. У него своя воля — и главная тема романа в разнице между выбором «опыта жизни» и «опыта смерти».

«Наследство»: гнев, который убивает

Самая тихая из трёх книг — самая страшная. Сандра Львовская, учительница из Вены, наследует русскую усадьбу — а вместе с ней дневник своей прародительницы Вареньки, который та вела с 1814 по 1835 год, с надписью «Моей наследнице». Первая запись сделана 16 июня 1814 года, в день, когда жених Вареньки разорвал помолвку:

«Я не могу никому довериться. Но справиться одной с этой болью мне тяжело. Может быть, дневник поможет мне.»

Страница за страницей Сандра узнаёт то, что Варенька узнала о себе: её гнев убивает тех, кто её обидел. В свете о ней шептались, после одного из её балов умерла княжна, к ней приходил следователь, а священник назвал её одержимой. И Сандра с ужасом узнаёт ту же силу в себе.

Ответ книги — не борьба с прошлым, а встреча с ним. Варенька год готовилась к обряду: свечи, освящённые в Иерусалиме, три дня без еды и питья. Сандре, два века спустя, предстоит найти свой путь. «Мы помогли друг другу» — вот форма этой истории.

Почему по женской линии

Не случайно эти проклятия передаются через женщин. Во всех трёх книгах наследство — это ещё и материнство: мать в Помпеях, умоляющая спасти дочь; тётушка, вырастившая Валери; письмо матери, знавшей, что не увидит, как вырастет дочь; дневник, адресованный наследнице, которая ещё не родилась. Передаётся не только страх. Передаётся любовь — и упрямая надежда, что следующая женщина разорвёт эту цепь.

И в каждом романе, по-своему, она это делает.