Часть вторая · Глава 12

Так вот почему я впала в немилость у Урсулы. Она просто-напросто с моим вторжением в эти хоромы лишилась возможности узнавать горячие новости прямо, можно сказать, с места событий. Оказывается "удав" – обыкновенная шпионка. Вопрос только в том, кому она передавала подслушанную информацию? Или еще проще – кому насолила Изабелла? И чем ей это грозит?

Я задвинула заслонку, и олень вновь приобрел потерянную собственность.

Вернувшись к прерванной неожиданным открытием примерке тяжелого парчового платья с миллионом какихто добавок в виде корсета, нижних юбок, воротника и накладных рукавов, я раздумывала об увиденном и услышанном.

Надо ли мне сообщать Изабелле о найденном "жучке"? Или сделать вид, что я ничего не знаю, и понаблюдать за Урсулой? Или "потрясти" шпионку и выудить из нее сведения? Все эти варианты страдали одним недостатком - я поневоле ввязывалась в придворные интриги, чего меньше всего желала. Мало мне своей проблемы, так я влезала еще и в другую, масштабом покруче.

Подойдя к зеркалу, усмехнулась, рассматривая себя. Типаж Веласкеса.

О ком, кстати, говорил Пекарь? Кто препоручил меня заботам Изабеллы ?

Как ответ на мой вопрос на пороге появилась все та же Урсула, метнувшая взгляд на злополучную стену:

— Ее Высочество инфанта Изабелла требует вас к себе.

Я, предчувствуя, что пребывание у принцессы обязательно будет "законспектировано" вездесущей Урсулой, улыбнулась ей:

— Не могли бы вы подсказать мне, к кому я могу обратиться с просьбой передать мне ключ от моей комнаты? Если вы не в курсе, я поговорю об этом с Ее Высочеством.

Урсула на миг застыла, вперив в меня неподвижный взгляд (ну, чисто анаконда), и, правильно оценив ситуацию, процедила:

— К вечеру ключ будет.

— Ну, тогда передайте, пожалуйста, Ее Высочеству, что я зайду к ней к вечеру, после того, как получу ключ.

Урсула от ярости покрылась пятнами и, помедлив, выудила откуда-то из складок ее громоздкого платья требуемое, швырнув ключ к моим ногам.

Я не поленилась нагнуться.

Перед кабинетом Изабеллы я остановилась, испытывая непонятное волнение. Мне казалось, что выйду я оттуда уже другая. Приструнив шестое чувство, потянула на себя дверь.

Они сидели за столом, напротив друг друга. Взволнованная Изабелла, нервно перебирающая длинную ниточку жемчужных бус, и мужчина, приблизительно сорока пяти лет, высокий, худощавый ("Не мешало бы подкормить", отметила про себя), с тонкими изящными запястьями рук, выглядывающих из узких рукавов.

Гость принцессы обернулся ко мне, и я вынуждена была констатировать, что... влюбилась. Окончательно и бесповоротно.