Часть четвертая · Глава 1

Лачи протянула мне оберег – продернутый через кожаную веревочку клык волка:

— Не знаю уж, насколько он тебе поможет, но пусть будет. Этот амулет достался мне от прадеда.

Я с любопытством рассматривала пожелтевший и отполированный временем артефакт.

— Он убережет тебя от злых духов и от… Налачо.

— Кого?

Моя беспечность ее, кажется, обидела. Лачи нахмурилась, и, оглянувшись на уткнувшегося в подушку Ило, добирающего силы во сне, процедила:

— От сатаны. Ты кашу-то ешь, разогревать второй раз не буду. У меня с горелкой туго, - и, пододвинув ближе ко мне тарелку, добавила, - ты хоть и ангел, а лишняя защита не помешает. Да и отблагодарить мне тебя больше нечем, кроме как этим оберегом.

Я решила не отказываться от подарка, протащив веревочку через голову и удивившись тому, как уютненько клык пристроился на груди. Как здесь и был.

Но я жду не этого подарка. Он, возможно, мне скоро пригодится, и Лачи знает это. Вот это ее знание мне и необходимо. И услышать я его должна именно от нее. Чтобы помочь мне… понять себя и правильно оценить то, с чем придется встретиться.

Я для приличия поковыряла предложенное угощение, не сдобренное даже маслом из-за отсутствия коего:

— Я должна вас разочаровать. Я вовсе не ангел. Просто в последнее время… у меня вдруг образовалось столько всего разного… . В цыганки, что ли, податься?

Я хмыкнула, представив себя в разноцветных юбках и гирляндах монист на шее. А что, очень удобный для папарацци прикид. И микрофон есть где спрятать, и секреты выведать под предлогом "позолотить ручку". Как же я раньше об этом не подумала? И с Баццони все бы подругому повернулось. Что с цыганки взять, кроме взмаха ее юбок в неизвестном направлении?

Лачи в очередной раз подошла к сыну, поправив сползшее одеяло, отмеченное в нескольких местах разноцветными латками:

— Можешь говорить, что хочешь. Но не мне. После того, что я увидела. Я же похоронила его уже, - женщина зябко повела плечами, перекинув край шали за спину, - но Дэвэл* , наконец, и меня услышал. Вот ты и пришла.

Я не донесла очередную ложку каши до рта, вдруг вспомнив, как уверенно направляла мою машинку по вобщем-то не езженному ранее маршруту. Словно меня вел невидимый GPS.

А Лачи тихо продолжала убеждать меня в невероятном, но с каждым ее словом все более очевидном факте. Во всяком случае, для нее:

— Ило прокляли. И ничто бы ему не помогло. Никакие врачи. И даже я. Это случилось сразу после его рождения,

— она вдруг замялась, - он ведь незаконнорожденный. И вайда** оставил нас в таборе только потому, что я защищала сына как волчица детеныша. Все от нас отвернулись, и с тех пор мы живем или на то, что я заработаю

*Бог (цыг.)

* * Вождь (цыг.) ворожбой, или кто-то что-то подбросит нам под дверь, или Ило добудет какую-то еду.

Что Лачи имела в виду под словом "добудет", мне было уже ясно – я для него стала бы лакомым кусочком, поимей он мой кошелек. Я сгребла туда всю наличку перед побегом.

— А кому-то показалось мало наказать вас отлучением, что проклятье понадобилось?

Я все-таки заставила себя проглотить холодный сгусток, именуемый кашей.

Лачи криво усмехнулась:

— А вот когда вайда разрешил нам все-таки остаться, моя мать не приняла его решение и прокляла Ило.

— Это как? – я потихоньку сгребла кашу в кучку, создав видимость ее почти отсутствия в тарелке.

— Отдала его Налачо. А тот и… взял. Все эти годы Ило медленно умирал. А ты говоришь – "не ангел". Но у меня и свои счеты с дьяволом.

Лачи снова подсела ко мне:

— Дай-ка руку. Дай. Не бойся.

Я протянула ей левую ладонь. Когда мне еще представиться случай изучить себя и с точки зрения хиромантии?

Женщина поправила прядку рано поседевших волос и мягко развернула мою ладонь к свету.