Часть третья · Глава 15

Последние метры до входа в его "одноразовый" домик, не огороженный ничем и не отягощенный какимилибо излишествами в виде грядки цветов или просто деревца, или на худой конец скамейки под оконцем, я буквально уже волочила несчастного.

Поселение скорее походило на лагерь беженцев, нашедших временное пристанище и вот-вот готовящихся вновь тронуться в путь. Впечатление подкреплялось старенькими трейлерами почти у каждого жилища. Кроме того, у которого мы остановились.

Мальчишка, не разгибаясь, потянул на себя входную дверь, и та со скрипом проржавевших петель нехотя отворилась.

— Вы не запираете ваши дома даже на ночь?

Я придерживала его, хотя руки уже затекли от ощутимой нагрузки, все прибавлявшей в весе. Он уже просто висел на мне.

И ему становилось хуже.

— Эй, кто-нибудь! Есть тут кто? – мой крик без ответа утонул в темном проеме.

Незадачливый воришка промычал что-то неразборчивое и… потерял сознание. Я едва успела подхватить его насовсем обмякшее тело.

— Меня слышит кто-нибудь? Да что же это такое! Откликнитесь, наконец.

Втащив его во внутрь и осторожно опустив на пол, я присела тут же, нащупывая еле бьющийся пульс на худосочной шейке.

— Кон дый*? Ило?

*Кто там? (цыг)

Не успев посторониться, я грубо была отодвинута в сторону резким толчком. Выразить возмущение не успела, поскольку была далее последовала не терпящая возражения инструкция:

— Придержи его за плечи, я возьмусь за ноги. Шевелись. Ну, подняли.

Молодая женщине приблизительно моего возраста, деловито, без сентиментов, уложила больного на драной кушетке в углу комнаты.

— Ты кто? – она выпрямилась.

Тусклый свет ночной лампы у изголовья лежанки частично скрадывал нищету и убожество цыганского пристанища, высвечивая лишь участников ночной суеты – до неприличия худого мальчишку с посиневшим лицом, распростертого на жалком ложе, кутающуюся в шаль с оборванными краями цыганскую мадонну и меня, естественно.

— Его необходимо госпитализировать. Он в очень плохом состоянии. У вас есть машина? Моя…

— Ты кто, я спрашиваю? – женщина либо не понимала, насколько серьезно его заболевание, либо она уже привыкла к обморокам пацаненка, но особого волнения по поводу его состояния не выказала.

— Какое это имеет сейчас значение? Вы что, не видите, как ему плохо?

Она перевела взгляд на кушетку:

— Он уже не жилец. Даже мои заговоры не помогают.

— Да ему нужен врач. Какие заговоры? Бред какой-то.

— Бред? – ее глаза сузились, - да он благодаря мне только и жив до сих пор. А все эти… врачи… . А что ты делаешь в нашем поселке? Кто ты, гаджа*?

— Послушайте, его можно спасти. У него есть шанс.

*Чужая (цыг). Просто заболевание запущено. Я звоню и вызываю…

— Можно спасти? Уж не ты ли его и спасешь?

В ее раскосых заспанных глазах мелькнула усталая насмешка.

Конечно, я. Есть сомнения?

У меня их не было. Более того, я ЗНАЛА КАК. Факт, анализировать который сейчас не было времени. Больному срочно нужна была помощь.

Моя помощь.

— Знаете, что? Давайте-ка, его разденем. Некогда на меня смотреть. Снимайте с него все. И побыстрее.

Я, не дожидаясь, когда до нее дойдет, что обноски мальчишки не представляют для меня ни малейшего интереса, и обнажить его необходимо для несколько других целей, нежели, удирая, захватить с собой, начала торопливо стаскивать с него потрепанную курточку.

Его нагота – необходимое условие для той процедуры, коей я собиралась сейчас заняться.

— Ты что делаешь? Да кто ты такая, в конце концов? женщина ухватилась за правый рукав куртки и дернула ее на себя, протестуя против проявленной мной инициативы.

Я, сопротивляясь, настояла на своем, потащив левый рукав в обратную от нее сторону, не сразу сообразив, что сейчас ровным счетом не имеет значения, кому в итоге достанется эта одежонка.

Отпустив предмет нашего противостояния, я приступила к джинсам, стягивая их вместе с нижним бельем.

Женщина, отбросив уже никому не нужную куртку, попыталась оттолкнуть мои руки, но вдруг ослабила хватку, неслышно отступив в сторону.

Я, не обратив особого внимания на смену ее настроения

— не до того - откинула в сорону нижнее белье несчастного.

Ну, приступим.